Что теперь? Об этом она не имела ни малейшего понятия и не в силах, была даже думать.
– Теперь мне придется уснуть.
Ее рука разжалась, да так и осталась лежать у него на колене. Дэвон взглянул на нее со слабой улыбкой, с трудом пробивающей себе дорогу сквозь привычный для него мрак. Это была его первая улыбка за долгое время. Он взял ослабевшую руку Лили в свои, внимательно изучая загрубевшую ладонь, длинные изящные пальцы. Ему пришлось подавить смешок, когда она тихонько всхрапнула. А потом, не просыпаясь, она спрятала руку под щеку и осторожно повернулась на бок.
– Спокойной ночи, Лили, – проговорил Дэвон обычным тоном.
Ничего. Даже ресницы не дрогнули. Она крепко спала.
– Милая Лили, – прошептал он и, не удержавшись, запечатлел на ее щеке легкий поцелуй.
Еще минуту он стоял у постели, любуясь спящей девушкой, потом задул догорающую свечу и вышел, тихонько закрыв за собой дверь.
Глава 16
– Ты готова?
Лили удивленно вскинула голову:
– Нет, я… А к чему я должна быть готова? Разве мне не ведено…
– К встрече с Клеем. Я ему обещал зайти за тобой.
– Вот как.
Дэвон, щурясь, вошел в комнату. В ночной рубашке и ковровых домашних туфлях Лили сидела в пятне солнечного света перед раскрытым окном, занятая шитьем. Широченный кусок ткани горчичного цвета и непонятного назначения лежал у нее на коленях, свисая до полу и складками ложась у ног. В льющихся из окна столбах солнечного света ее волосы пламенели, а зеленые крапинки в серых глазах, обычно приглушенные, светились изумрудом. Но больше всего его ослепила ее улыбка. Он невольно улыбнулся в ответ. С полминуты оба, позабыв обо всем, смотрели друг на друга, улыбаясь и не говоря ни слова.
Лили опомнилась первая. Зардевшись от смущения, она опустила глаза и продернула наконец иголку через шов.
– Я еще не готова. Ваш брат сказал: в два часа, а мне нужно еще три минуты, чтобы покончить с этим.