Так близко.

От меня.

Неужели я очутилось в том самом зачарованном измерении? Или, может быть, сошла с ума?

Я молча прошла в комнату, остановилась посередине, не сводя глаз с неподвижного Ангела-city. Я должна была задать ему вопросы. Много вопросов!

Первый — как он сюда попал? Второй — почему он не звонил и не возмущался насчет снимков? Третий — каким образом он меня вычислил, как догадался, что Лайлия Шеритон и Мирмекс одно и то же лицо? Четвертый — что он тут вообще делает? Пятый… Но вместо этих логичных вопросов я задала совсем другой:

— Можно я вас сейчас сфотографирую?

— Можно. — Улыбка ожила на студеных губах, согрела их, и от этого жесткая линия мужских губ смягчилась. На мгновение.

Я действовала машинально и профессионально. Через пару мгновений раздался щелчок фотоаппарата, затем другой, третий…

— Не увлекайтесь, мисс Шеритон, у меня не так много времени, чтобы вам позировать, — усмехнулся Стефан Гарланд, постучав монеткой по подлокотнику. — Я знаю, что вы профессионал и легко теряете голову, как все одержимые гении. Таких, как вы, надо всегда останавливать…

Это походило на угрозу. Руки у меня дрогнули, едва-едва не выпустив «Никсон». Я осторожно положила его на столик и обернулась к Гарланду.

Наши взгляды пересеклись, и в воздухе запахло грозовым электричеством.

— Вам понравились снимки в «Наклонной плоскости», мистер Гарланд?

И почему я упорно задаю абсолютно не те вопросы? Ему!

— Отличные снимки, — слегка кивнул Ангел-city, не отводя от меня дьявольских очей, полных зовущего мрака. — Я и не подозревал, что мой городской дом так внешне уютен. Мне он всегда казался излишне вычурным.

— Вы не любите там бывать?

— Не люблю. У меня есть другой дом, где я живу по-настоящему и легко дышу.

— На острове?

— На острове.

— Как вы попали в мою квартиру?