– Что Джим видел в хижине?

Ума опасливо огляделась и понизила голос.

– Оборотня.

– Оборотня? – Келли не смогла скрыть разочарования. Неудивительно, что Ума так уклончива.

Индейцы считают, что обратной стороной мира правят необъяснимые, то есть сверхъестественные силы. Поощряя Келли изучать положительные стороны культуры индейцев – их высокие моральные принципы, семейные ценности, гармонию с внешним миром и уважение к природе, – дед запрещал Уме обсуждать с девочкой оборотней и ведьм.

Однако, когда деда не было поблизости, Келли уговаривала Уму рассказывать ей о ведьмах, господствующих над темной стороной жизни, и разных индейских суевериях. Оборотнями или ведьмами, по представлениям навахо, становились люди, нарушавшие священные табу племени, например, совершавшие убийство или кровосмешение. Перейдя в царство мертвых, ведьма могла принять любой образ, могла один день быть человеком, а на следующий – орлом.

Или невидимкой.

Ума повернулась к Келли спиной и упрямо повторила:

– В старой хижине живет оборотень.

Десять минут спустя Келли уже вела дедушкин джип через темный город к Песчаному ручью. Конечно, можно было бы подождать до рассвета, но Келли не могла ждать. Ее репортерское чутье подгоняло проверить любой след, пока он не остыл. Она даже взяла с собой фотоаппарат… так, на всякий случай.

– Никакого оборотня там нет, – тихо сказала она себе. – И Логана тоже. Это «ущельник».

Седона, убежище художников и их богатых покровителей, отказывалась признавать проблему бездомных, хотя мягкий климат и изумительная природа привлекали сюда множество бродяг. Бродяги жили в бесчисленных ущельях вокруг города, а местные называли их «ущельниками» и притворялись, будто они не существуют.

Вдоль пустынной дороги громоздились зазубренные каменные пики, заслоняя луну и пропуская мерцающий свет только в редких разрывах.