Элен Меррил посмотрела на него с удивлением.

— Я полагаю, ты так говоришь, потому что не видел ее, — заметила она.

— А куда, кстати, делась эта особа, когда я присоединился к твоим гостям? Что-то я не заметил ничего особенного среди девичьих лиц.

— Умчалась куда-то на машине с нашими соседями. Я была против, но она и не спрашивала моего разрешения.

— Несмотря на то, что она гостит у тебя? — удивился Тайрон Штром. — Возмутительные манеры, не говоря уже о прочем. Вот она, современная молодежь!

Леди Меррил снисходительно улыбнулась:

— Ты очень старомоден, Тайрон. Молодые американки вроде Невады ведут себя самостоятельно и пользуются независимостью, которой лишены их английские сверстницы.

— Ты забываешь, что мне о ней ничего неизвестно, — Я могу сказать тебе, что Невада ван Арден — одна из богатейших наследниц в Америке, — Я так и понял по ее акценту, что она американка, — кивнул Тайрон. — Она кичится всеми этими деньгами, и, разумеется, невероятно капризна и избалованна.

— Боюсь, что так, — согласилась леди Меррил. — Ее мать, моя школьная подруга, была одной из самых очаровательных, обаятельных девушек, каких я когда-либо знала. Элизабет была единственной дочерью графа Фенбриджа. Она вышла за Клинта ван Ардена год спустя после своего выхода в большой свет. Она была очень счастлива.

Тайрон слушал сестру с несколько циничной усмешкой.

— Мы переписывались, хотя нелегко поддерживать дружбу с кем-то, кто живет по другую сторону Атлантики. Когда Неваде было лет восемь-девять, Элизабет умерла. Я знаю, что Клинт ван Арден был неутешен.

— Кто сказал тебе об этом?

— О, многие мои американские друзья. Он целиком посвятил себя бизнесу, за короткое время увеличил свое и без того огромное состояние, и, я думаю, у него почти не оставалось времени на воспитание единственного ребенка.

— Ты пытаешься вызвать у меня к ней сочувствие, — укоризненно сказал Тайрон, — но, откровенно говоря, Элен, ни малейшей жалости я к ней не испытываю.