Программа сочетала в себе последние достижения биологии в области топографического картирования головного мозга с методами психологического анализа, используемого в ФБР. Применяя оба вида данных при анализе личности, программа сужала диапазон исходных данных, таким образом предсказывая жестокое или антисоциальное поведение субъекта с поразительной точностью. До сих пор тестирование проходили только тюремные заключенные в контролируемых условиях, однако, создатели программы намеревались использовать ее в более широких масштабах.

Возможно, когда-нибудь это тестирование станет такой же обыденной вещью, как тест на наркотики.

— Здорово, — пробормотал Сэмми, уже представляя себе заголовки в газетах, когда это открытие получит огласку: «Программа, способная прочесть мысли убийцы и предотвратить преступление!»

Он посмотрел на происходящее на мониторе компьютера, с тем же благоговением, с каким инженер НАСА смотрит на пробы, взятые с Марса.

— Подождите еще…Скоро вы узнаете, что мы сможем получать сложные проекции головного мозга с помощью беспроводных и сотовых компонентов. Старые пердуны просто не поверят этому!

Он издал радостный смешок, словно говорящий «мы вам еще утрем нос». С самого детства его высмеивали за странное и порой ненормальное видение будущего. В таком консервативном институте как МТИ, неприятие его идей было особо резким. И только здесь, в Смарттеке, его идеи были не только приняты, но что самое главное, получили финансовую поддержку. Он был благодарен и предан этой компании. Исследователям здесь даже предоставляли небольшие кабинеты для индивидуальной работы, что в большинстве лабораторий было привилегией начальства.

— Чему не поверят, Сэмми?

Сэмми попытался сглотнуть, однако его горло стало сухим, словно пересушенный тост. Анджела Лоу произнесла его имя таким мягким и нежным тоном. Она была единственным исключением среди знакомых ему чудиков из лаборатории. Анджела не была ни бледной, ни пучеглазой. Глаза у нее были самого невероятного шоколадного оттенка, какой он когда-либо видел.