— Не так успешно как твое, — ответила она. — Мне приходится изучать мозг гениев и сумасшедших, и я пытаюсь по нему определить, кто из них кто. Но пока что не вижу особой разницы.

Они оба рассмеялись. Сэмми эта тема была близка. Еще будучи студентом, ему довелось принять участие в исследовании по визуализации головного мозга в качестве подопытного кролика, и как-то один из членов исследовательской команды полушутя заявил, что у парня уровень контроля над своими побуждениями такой же, как и у участников шоу Джерри Спрингера

— Хотя, мне это интересно, — произнесла Анджела. Она присела на край длинного пластикового стола, который по совместительству был и рабочим столом Сэмми, с отсутствующим видом уставившись на дверь кабинета.

— Возможно, даже слишком нравится, — признала она. — Бывает, работа меня поглощает настолько, что я просто забываю, где нахожусь. Иногда мне кажется, что я проникаю в мысли человека. Разве это не странно?

— Ну, смысл исследования заключается в том, чтобы быть объективным, — напомнил ей Сэмми сухим тоном.

Анджела была научным сотрудником, и участвовала в проведении одного опыта путем применения двойного слепого метода

— Я уверена у Танго двадцать пять маниакально-депрессивный синдром, — сообщила девушка, — вызванный активностью передней поясной извилины, а у Альфа десять либо сверхактивный мозг, либо он Эйнштейн. Никогда еще не видела мозг, который работал бы так усиленно. И да, я знаю, что предполагается, что я должна быть как компьютер — абсолютно объективным хранилищем данных, но разве тебе не интересны все эти люди?

Сэмми откинулся на спинку стула и более внимательно посмотрел на свою посетительницу.

— Но ведь ты же никогда не сможешь познакомиться с ними ближе, единственное, с чем ты знакома — это их головной мозг.