— Белла упаковывает вещи в своей каюте, хлопает дверцами шкафа, перегородила проход чемоданами, бурчит что-то себе под нос. Флер, которую она немного напрягала, обрадуется, когда узнает, что миссис Адамс отправилась вслед за мужем. Моей консервативной женушке показалось странным, что она не сделала этого с самого начала. Что до прочих твоих гостей, то ей они нравятся.

— Белла пакует вещи? — с видимым безразличием переспросил хозяин яхты.

— Да… И ей нужен вертолет, чтобы добраться до аэропорта. Твой сейчас свободен?

— Позвоню пилоту. Полагаю, через час она сможет взлететь… на радость твоей беременной супруге.

Новость не расстроила хозяина яхты, хотя и не привела в восторг. Это было похоже на безразличие. Роман лишь слегка огорчился. У него было мало времени на Беллу. Он не успел насытиться ею, о чем и сожалел.

На палубе появилась Белла Адамс, за которой стюард волок громадные чемоданы. Она воинственно подошла к Люку и, демонстративно игнорируя Романа, отчеканила:

— Передай привет и мои наилучшие пожелания Флер.

Люк Чепмен галантно склонил голову.

Роман наблюдал за всем происходящим словно сквозь дымку. Внезапно он почувствовал себя невероятно изнуренным. Он бесстрастно смотрел на заходящую звезду подиумов и сравнивал безупречный овал ее стандартно красивого лица с полудетской припухлостью щек нарушительницы частных владений. Роман мог и не допрашивать испуганную девчонку с таким пристрастием. По ее бледной коже было видно, что на островах она совсем недавно, здешних порядков не знает. Но именно это детское трепетание его и подзадоривало, в особенности ее дерзкие попытки вернуть себе самообладание.

Романа поразило это готическое сочетание лилейной кожи и иссиня-черных волос. Роковое свойство невинного создания.