— Мистер Джо платил мне восемьсот долларов в неделю плюс один процент от дохода. Но этот процент — ерунда. За все годы, что я занимался игральными автоматами, я ни разу не достигал показателей, запланированных этой скотиной Энди. Так что об этом проценте и не мечтай. Но ты будешь иметь свои восемьсот долларов безбоязненно, Джонни… Эта работа — настоящий ад, но она позволяла откладывать понемногу, и ты сможешь делать то же самое.

Восемьсот долларов в неделю! А Массино предложил ему только четыреста плюс комиссионные. Да. Холодное бешенство охватило Джонни, но он сдержался. «Ты мой лучший человек, Джонни, и я тебе обязан», — так говорила эта старая скотина. «Ну, что же, — подумал Джонни, поднимаясь, — я тоже буду сволочью». Он вышел от Барни и сел в машину. Все еще дрожа от бешенства, он на полной скорости помчался к Мелани.

На следующее утро, когда Мелани ушла на работу, он вернулся домой и приготовил завтрак. Настроение было мрачное. Жульничество Массино его возмущало. Хотя, может, это и к лучшему. Теперь он будет воровать без угрызений совести. Джонни сидел и завтракал, когда зазвонил телефон. Выругавшись, он поднял трубку. Это был Энди Лукас.

— Мистер Джо только что мне сказал, что вы замените Барни. Нам надо бы встретиться. Сегодня же повидайтесь с Барни. Он вас представит клиентам.

— Хорошо, — сказал Джонни, глядя на завтрак. — Я обязательно пойду.

— И слушайте, Джонни, — тон был очень холодным, — Барни оказался очень небрежным. Я рассчитываю, что вы поднимете дело. Нужно поставить по крайней мере еще две сотни автоматов, и это ваша задача. Ясно?

— Конечно.

— Отлично. Идите к Барни.

Энди повесил трубку, и Джонни вернулся к столу, но звонок испортил ему аппетит. Чуть позже одиннадцати он вышел из дому и пешком направился в бюро Барни, маленькую комнатенку на последнем этаже здания без лифта. Ожидая зеленого сигнала на переходе, он заметил Сэма, стоявшего на противоположном тротуаре. Сэм улыбался и махал рукой. Когда машины остановились, Джонни подошел к нему.