— Ну что ж, хорошо, — сказал Массино, глядя на них. — Можете идти и не беспокоить меня до следующей пятницы. Вы знаете, какое это будет число? — его маленькие глазки уставились на Джонни.

— Двадцать девятое.

Массино кивнул головой.

— Верно. Счастливый день в високосный год. На мой взгляд, сумма сборов должна быть около ста пятидесяти тысяч долларов. Солли тоже так думает.

— Да.

Массино бросил потухшую сигару в корзину для бумаг.

— Значит… Эрни и Тони будут вас сопровождать. На фараонов не обращайте внимания. Я шепну начальнику полиции, и если вам придется остановиться в неположенном месте, они будут смотреть в другую сторону. Сто пятьдесят тысяч — это большая сумма, и вполне вероятно, что какой-нибудь сумасшедший захочет попытать счастья, — он посмотрел на Сэма. — Не бойся. Тебя защитят. Не надо так дрожать.

Сэм скривился.

— Я не дрожу, патрон, — солгал он. — Все, что вы мне говорите, я делаю.

— Пошли, Сэмми, — сказал Джонни, — выпьем бутылочку.

Выпивка после работы стала традицией. Сэм шел за Джонни и успокаивался по мере того, как они приближались к бару Фредди. Они вошли в приветливый полумрак, забрались на табуреты и заказали две бутылки. Выпили по стаканчику, потом налили снова. Сэм посмотрел на Джонни и решился:

— Мистер Джонни… — он сделал паузу и посмотрел на жесткое, непроницаемое лицо. — Извините меня, но… у вас неприятности? Вы очень задумчивы последнее время. Если бы я смог сделать что-нибудь для вас, — он замолк, опасаясь совершить промах.

Джонни посмотрел на него и улыбнулся. Он улыбался нечасто, но когда это происходило, Сэм чувствовал себя счастливым.

— Нет, ничего особенного, — он пожал плечами. — Я, должно быть, старею. Но все-таки спасибо, Сэмми.

Он вытащил пачку сигарет и выдвинул одну в направлении Сэма, потом дал ему прикурить.