Взяв стерильные тампоны, Джозеф нанес местную анестезию прямо на рваную рану под глазом Джима.

– Ты ничего не почувствуешь. Об этом я позабочусь прежде всего.

Предвидя, что ему понадобится, Сонни нашла в чемоданчике инструменты для сшивания ран. Разложив все на чистом полотенце возле доктора, она взглянула на него вопросительно. Он одобрительно кивнул и взял то, что ему требовалось.

– Спасибо.

Ее восхитило мастерство, с которым Джозеф сделал несколько стежков, каждый раз закрепляя узел. Его длинные пальцы двигались ловко и уверенно.

– Еще один для надежности. – Сделав аккуратный ряд черных узелков, доктор смазал зашитую рану антисептической мазью.

У Сонни уже была наготове кислородная подушка. Джозеф тронул пациента за плечо.

– Должен тебе сказать, Джим, что выпрямление носа – это немного больно.

– Ч-что?.. – Джим рывком приподнялся. – Вы же сказали, что не станете…

– Помолчи, парень. Если не хочешь всю жизнь выглядеть как Джимми Дуранте, лежи тихо. Если я сейчас этого не сделаю, потом придется снова ломать нос.

Джим закатил глаза, бормоча молитву.

– Ложись, парень. – Джозеф прижал его к подушке. – Это недолго.

Сонни с восхищением наблюдала за доктором. Все его движения были уверенные, точные и вместе с тем осторожные.

Внезапно раздался душераздирающий вопль Джима.

– Все, парень. Помолчи. Дело сделано. – Джозеф чуть отстранился и добавил: – Скоба не понадобится. Можно ждать большой опухоли, но затем она спадет и все будет в порядке. – Он снял перчатки, закрыл свой саквояж и встал. – Потом я дам тебе болеутоляющее. Это означает, что тебе пока нельзя пить. – Джозеф повернулся к Мерсед: – Часа через два я вернусь. – Немного помолчав, он спросил: – Или ты хочешь сама зайти за лекарством?

Джим застонал и проворчал:

– Мерсед нужна мне здесь.