– Стой, где стоишь, Мак-Друмин! – угрожающе загремел чей-то голос. – Это Фергус Кэмпбелл со своими людьми. Мы выполняем поручение констебля из Эдинбурга. Прикажи всем бросить оружие, негодяй!

– Вперед, парни! – заорал Мак-Друмин. – Мы их проучим! Клянусь Богом, они хотят нас облапошить! Уйдите с дороги, девушки, не мешайте защищать свое добро от этих наглых грабителей! Я им покажу, как нападать на Мак-Друмина!

Ему не пришлось долго призывать своих людей – с грозным боевым кличем, размахивая кулаками и дубинками, все бросились на противника. Мэгги мгновенно схватила Кейт за плечи и оттащила в сторону. Все это время она не спускала глаз с отца, боясь, что его могут убить.

– Их же убьют! – взвыла Кейт. — Всех до одного! Мэг, о чем он думает? – Она быстро наклонилась и задрала подол юбки, но Мэгги мгновенно разгадала ее намерения и схватила за руку:

Нет, Кейт, никакого оружия! Ты же знаешь, по закону горцам запрещено носить оружие. Женщин это тоже касается, бестолочь, ты нас всех подвергаешь опасности!

Кейт опустила юбку и, глядя, как Мак-Друмин направо и налево раздает удары, презрительно сказала:

– Подвергаю опасности? Только не я, – она указала на Эндрю, который в этот момент с треском ударил головами друг о друга двух противников и отшвырнул их в стороны. – Должно быть, он рехнулся. Зачем напал на Кэмпбелла и его акцизных чиновников? Наши парни не смогут победить.

Действительно, не победили. И хотя с огромной энергией защищали свои бочонки, тем не менее спустя некоторое время все восемь мужчин, включая самого Мак-Друмина, молча стояли в окружении акцизных чиновников, с ненавистью глядя на человека, бывшего, как и они, шотландцем и горцем, но, в отличие от них, перешедшего на сторону врага.

Дородный темноволосый Фергус Кэмпбелл стоял, широко расставив ноги и сложив на груди мясистые руки. Самодовольный вид говорил, что он упивается своей победой.