– Он что-нибудь об этом говорил? – спросила, выдержав паузу, Грейси.

– Прямо не говорил.

– Объясни, ради бога, что ты имеешь в виду.

– Он прямо не сказал, что подает в суд, но я знаю, что он это сделает! Он не любит меня. Видишь ли, дело в том, что он неодобрительно относится к моим встречам с его племянником.

У Грейси было странное ощущение, что ее затягивает в водоворот, и она устало потерла глаза. Она чувствовала себя физически и эмоционально опустошенной, и отчаянные призывы Дженни о помощи не улучшали ее самочувствия.

– Почему же?

– У него весьма старомодные мысли о том, что Рики нужно засесть за учебу и познать основы бизнеса. Это все создает большие трудности, потому что деньгами распоряжается Морган.

– Я удивлена, что ты не положила этому конец и не сменила поприще, сказала Грейси с ноткой сарказма в голосе. Насколько ей известно, ее сестра никогда не бегала за мужчинами. Наоборот, они всегда охотились за ней. Не в этом ли дело? В доме постоянно раздавался гул голосов неотступно следовавших за ней поклонников, и то и дело возникали связанные с этим проблемы. – Может быть, он в чем-то прав, – спокойно добавила Грейси.

– Не становись на его сторону!

– Я не становлюсь ни на чью сторону. Не говори глупости.

– Дело в том… как бы это тебе сказать, мне нравится Рики. – Дженни опустила глаза и стала рассматривать светло-синюю простыню, чтобы не встретиться с вопросительным взглядом Грейси. – Я боюсь, Грейси. Мне страшно подумать, что со мной будет, если Морган передаст дело в суд, и я боюсь потерять Рики.

Грейси задумчиво посмотрела на сестру. У той был убитый вид, какого раньше она никогда не замечала у нее.

– А какую роль в этом кино играю я?

– Я хочу, чтобы ты поговорила с Морганом. – Грейси не успела что-либо возразить, как Дженни торопливо продолжила: