— Конечно, нет, хотя я могла бы подумать о таком предположении в соответствующих обстоятельствах. — Герцогиня помолчала. — А сколько теперь лет вашей дочери?

— Почти двадцать два, ваша милость.

— Вот оно что, — пробормотала герцогиня.

С одной стороны, предложение герцогини было из ряда вон выходящим: вовлечь своих детей в проекты общества, намеренного видеть их вступившими в брак. И все же Хелен очень хорошо знала, что браки большинства присутствующих здесь женщин были устроены их родителями и большая часть их оказалась удачными. Право же, жаль, что такие вещи ныне оказались не в чести. И вот теперь общество, учреждаемое герцогиней, будет просто все устраивать должным образом, придерживаясь проверенных временем традиций, уважая наследие их страны. Кто же станет против этого возражать?

— Стоит ли говорить, что, коль скоро мы решим заняться этим, соблюдение тайны будет иметь решающее значение. — Голос ее светлости звучал твердо. — Если кто-то из детей узнает, что они являются объектом организованных усилий, это просто не сработает. — Она покачала головой. — Если они заподозрят во вмешательстве своих матерей, то окончательно заупрямятся. Полагаю, они унаследовали это свойство от отцов.

Послышался шепот всеобщего согласия.

У Хелен уже появлялись подобные идеи насчет того, как наилучшим образом заставить сына выполнить свои обязательства перед семьей и жениться. Но у нее просто не хватало духу довести дело до конца. И вот теперь, когда у нее будет по крайней мере моральная поддержка общества…

— Ваша светлость. — Хелен встала. — Я думаю, что Дамское общество для улучшения будущего Британии — замечательное предложение, и я с удовольствием буду делать все, что могу. — Она выпрямилась. — Поэтому я более чем охотно предлагаю своего сына в качестве первого проекта нашего общества.

— Великолепно, леди Пеннингтон. — Герцогиня одарила ее сияющей улыбкой. — Надеюсь, вы не будете об этом сожалеть. А теперь скажите, у вас есть какие-то намерения относительно его?