Долго ума не могла приложить, что за херувим такой выискался и чем он хозяина смог заинтересовать? А это слышу, болтает с приятелем по телефону. Тот недавно вернулся из многомесячного заграничного вояжа, так поспешили обменяться новостями. Мой и говорит: приобрел, мол, потрясающее колечко с невообразимо редким камнем, которому и английская королева позавидует. Ага, думаю, так вот на что ты, голубчик, потратился! Что ж, дело святое — порадовать дочь-страдалицу.

Горничную прямо распирало от собственной значимости: хоть и весьма малопочтенным образом, а была в курсе дел хозяина.

— Отец из него — на зависть многим! — поддержала подруга, небрежно потягивающая коктейль через соломинку. — Правильно, что не поскупился, купил Ирене безделушку. Пусть порадуется, бедняжка. Это немногое, что ей осталось.

— Да ты пораскинь своими куриными мозгами — на эту сумму дюжину украшений приобретешь. Да еще с бриллиантами. Я специально в ювелирной лавке интересовалась. Что он, умом тронулся, такие деньги выбрасывать?!

— Ну, по-моему, Берц не из тех, кого обведешь вокруг пальца. Так и моя госпожа это утверждает, когда пребывает в хорошем расположении духа и не бранится почем зря.

— Обвели, голубушка, как пить дать обвели! Чует мое сердце, уж поверь на слово! Да и имел дела он всегда лишь с двумя известными торговцами драгоценностями. А тут вдруг нарушил собственное неписаное правило, которому свято следовал. Не иначе, Купидон этот — прожженный жулик, ловкач-спекулянт, жох и пройдоха.

Глава 21

По завершении необходимых формальностей Клод получил приглашение посетить отдел «ФР» пресловутого «КупиДОНа». Если бы знал, что аббревиатура расшифровывается как «Фоторобот», решил бы — произошла досадная ошибка. Ведь еще с университетских лет твердо усвоил: оный составляется при непременном участии очевидцев преступления на предмет оперативного опознания и скорейшей поимки лица, его совершившего. Ни свидетелем нераскрытого убийства или изнасилования в особо извращенной форме, ни, тем более, правонарушителем он не был.