Просто удивительно, насколько ее версия близка к истине. Но это все пока на уровне слухов, беспокоиться не о чем. Сравнение даже лестно. Я уже и пузо себе отрастил, как у Санта-Клауса! — сказал он, похлопывая себя по внушительному животу, затем уже более серьезным тоном продолжил: — Ты же знаешь, Сэм, то было желание Морин, наше с ней совместное начинание. И мы сообща вели эту работу несколько лет. Потом Морин не стало. Этот проект — ее завещание, и я не брошу его, пока на свете не переведутся хорошие люди, что вряд ли когда-либо случится.

— Да, понимаю, прости, что завел этот разговор, — неохотно согласился Сэм.

Последние пять лет жизни тетя Морин была прикована к постели, и именно ей в голову пришла идея преподносить достойным согражданам щедрые подарки. Вместе с дядей Недом они целыми днями в прессе и в Интернете собирали материалы, выискивали кандидатов и придумывали, что бы понравилось каждому из них. Если человек оставлял подарок себе, его участие в проекте на этом заканчивалось. Морин говорила, что он все равно заслужил награду. Однако на рождественский прием с вручением главного приза таких людей уже не приглашали.

В глубине души Сэм считал, что дяде с тетей просто нравилось чувствовать себя этакими вершителями судеб, но вслух он об этом, конечно, никогда не говорил и не поэтому стремился поскорее покончить с проектом. Сэму было больно наблюдать, как год за годом разбивается наивное сердце старика. Дядя считал, что сам процесс поиска и выбора претендентов, а также та радость, которую Морин испытывала, когда призер жертвовал свой подарок на благо другим, помогли ей прожить намного дольше, чем предсказывали врачи. И, возможно, сейчас проект служит таким же лекарством для самого дяди Неда. Плохо то, что, похоже, эта деятельность выполняла еще и роль ширмы, которой пожилой мужчина отгородился от всего окружающего мира. С. Эдвард Бэлфор Четвертый не выходил в свет, прятался от общества с того самого дня, как умерла его жена Морин.