— У нас новые соседи. Здорово! У них сын Шеди. Он будет ходить в наш класс… — Десятилетний Трент замолчал, отстукивая ритм двумя линейками по краю кофейного столика. — Послушай, я тут сочиняю песню в стиле рэп. Помоги, пожалуйста! Какая есть рифма к слову «гольф»?

— Рудольф, — недовольно буркнула шестнадцатилетняя Кэйлин. — Почему бы тебе не взять другое слово? К примеру, «клюшка». К ней сколько угодно рифм. Подушка, игрушка, старушка, ловушка…

— Перестань стучать! — Лежавшая на софе семнадцатилетняя Кэмрин прикладывала ко лбу пакет со льдом. — Если ты сейчас же не прекратишь тарабанить, я тебя убью.

Кэйлин валялась в его любимом голубом кресле и ласкала Кристофера, самого толстого и вредного пса, какого только Рейфу доводилось встречать в жизни. Настоящее чудовище, жившее вместе с ними под одной крышей! Мало того, что он вел себя как хозяин дома, так еще постоянно точил когти обо что попало и повсюду оставлял клочки шерсти.

Рейф понятия не имел, какие воспитательные меры ему следует предпринять. Трент вскочил и радостно бросился к нему, однако обниматься не стал, так как считал себя уже большим и стеснялся всяких проявлений нежности.

— Привет, Рейф! Как съездил? — спросила Кэйлин, продолжая играть с собакой.

Рейф решил не выказывать недовольства по поводу того, что Кристофер сидел на его любимом кресле.

— Поездка прошла удачно. — Зачем рассказывать детям скучные подробности переговоров?

— А почему ты не спрашиваешь, где Тони? — насмешливо протянула Кэмрин. — Забыл о нем?

— Я как раз собирался спросить, где Тони, — рассердился Рейф, но его тут же охватили угрызения совести. Неужели он действительно забыл о Тони. Нет! Через секунду-другую он и сам обязательно заметил бы отсутствие ребенка.

Странное чувство нереальности происходящего охватило его. Уже год длится это сумасшествие. Как тут не вспомнишь с тоской о его прежней беззаботной холостяцкой жизни!