Унылым голосом она спросила:

— Разве они не могут определить, что этот мужчина соответствует общему описанию кого-то из их людей? Конечно же, у них есть размеры, отпечатки пальцев и еще что-нибудь подобное?

Она смотрела вниз, поэтому не увидела быстро промелькнувшую настороженность в глазах Пэйна. Он снова откашлялся.

— Ваш муж, бывший муж и наш человек… были… одинакового размера. Отпечатки пальцев снять невозможно — руки обожжены. Но вы знаете его лучше, чем кто бы то ни было, кого мы сможем найти. Может, у него было что-то такое, что вы узнаете: какая-нибудь небольшая родинка или шрам, что вспомните.

Все это по-прежнему смущало ее; она не могла понять, почему они не в состоянии опознать собственного сотрудника, если он не так ужасно искалечен… Задрожав, она не позволила себе закончить мысль, не позволила этой картине сформироваться в голове. Что, если это Стив? Она не испытывала к нему ненависти, никогда. Он был плутом, но никогда не поступал жестоко или подло; даже после того, как перестала любить его, Джей все же вспоминала о нем с нежностью, хоть он и выводил ее из себя.

— Пожалуйста, — спокойно попросил Пэйн.

Она не хотела идти туда, но он заставил воспринимать это как выполнение патриотического долга.

— Хорошо. Я только возьму пальто. Где он?

Пэйн снова откашлялся, и Джей напряглась. Она уже поняла, что он делал это всякий раз, когда собирался сказать ей что-то неловкое или неприятное.

— Он в Бетесде

Ситуация менялась слишком быстро для понимания; Джей чувствовала, что в состоянии только следовать по пути наименьшего сопротивления. Так много всего случилось сегодня. Сначала ее уволили — жестокий удар сам по себе, — теперь это. Уверенность, над достижением которой она так тяжело работала, исчезла через несколько коротких минут в офисе Фаррелла Уордлоу, оставив ее потерянной и беспомощной, неспособной найти опору под ногами. Ее жизнь была такой спокойной в течение прошедших пяти лет, как могло все так быстро перемениться?