Фелисити излагала свои доводы слишком убедительно, и Кармела не могла не признать ее правоту.

Джеймс Солвик был гордым человеком. Его мучили отсутствие средств, неспособность восстановить дом и невозможность из-за этого управлять имением, как полагается.

К тому же, очень много для него значило здоровье его жены, он глубоко переживал ее трагедию и стал излишне щепетилен в отношении людских пересудов. Кармела помнила, как долго он скрывал свои чувства к Фелисити, не в силах предложить ей ничего определенного.

Фелисити влюбилась в него сразу же, как только увидела впервые на охоте.

Каких только поводов ни находила Фелисити, дабы повидать возлюбленного, хотя он еще ни о чем не подозревал.

Она отправляла к нему посыльных и заманивала его в замок под различными предлогами.

Когда наконец, не в силах больше утаивать чувств, он признался ей в любви, Фелисити стало страшно потерять его.

— Он любит меня, он любит меня! Но говорит, что не встанет у меня на пути, если я захочу выйти замуж за другого, просто исчезнет, и я никогда не увижу его снова!

При этих словах Фелисити даже вскрикнула от ужаса и добавила:

— Как я могу потерять его? О, Кармела, я не могу потерять его!

Теперь Кармела вспомнила рассказы подруги и задумалась. Действительно, если Джеймс Солвик узнает об огромном богатстве любимой, он уйдет навсегда.

Вслух она спросила:

— А он поедет с тобой?

— Он уедет, когда услышит о том, что должно случиться.

— Ты мне еще чего-то не рассказала?

— Когда я возвратилась сюда из Лондона, как ты думаешь, что я нашла здесь?

— Что же?

— Письмо от кузена Селвина, нового графа Гэйлстона.

— С чего бы это он написал тебе?

Кармела знала, что брат Фелисити, гордость и радость ее отца, погиб незадолго до битвы при Ватерлоо. Граф год назад умер от разрыва сердца, не оставив прямого наследника, к которому мог бы перейти его титул.