«Я должна быть крайне осторожна, чтобы меня не разоблачили, пока Фелисити и Джимми не поженятся», — думала Кармела.

Она вознесла молитву всевышнему, чтобы все проблемы разрешились, а Фелисити, которую она искренне любила, нашла свое счастье .

Единственное, что вселяло Кармеле уверенность в своих силах, это ее многочисленные наряды.

Горничные пришли бы в ужас, если бы ей пришлось надеть то же самое платье, что и накануне.

Сейчас они достали из дорожного сундука очень симпатичное платье из белого муслина с вышитыми по подолу лилово-сиреневыми анютиными глазками и расшитое лентами, в тон ее высокому капору.

Поверх платья Кармела надела обтягивающий фигуру изящный шелковый плащ бледно-сиреневого цвета с фиолетовыми кнопками, бархатным воротником и манжетами того же оттенка.

Он был сшит по последней моде, словно его только на днях прислали из Парижа, впрочем, девушки-горничные в этом и не сомневались.

— Жаль, вы не побудете здесь подольше, ваша светлость, — сетовали они, — тогда нам удалось бы увидеть все ваши очаровательные наряды. У нас в доме так давно не бывали по-настоящему элегантные дамы.

— Думаю, граф скоро начнет давать балы, — заметила Кармела, чтобы хоть что-то сказать.

— Как бы хорошо! — воскликнула одна из горничных. — Здесь бывает так тоскливо, когда нет особой работы, и все одинаково, день за днем, месяц за месяцем. Но раз его светлость еще молод, может, он и женится.

Тут они весьма выразительно посмотрели на Кармелу, и она поняла — они уже видят в ней невесту графа.

Она постаралась убедить себя в нелепости их догадок. В конце концов, граф и Фелисити приходятся друг другу двоюродными братом и сестрой, а в большинстве семей такая степень родства считается слишком близкой для брака.

«Если он и нашел мужа Фелисити, — размышляла Кармела, — скорее всего, он выбрал кого-то из Гэйлов, нуждающегося в средствах. Мне нужно быть осторожной и не дать никому надежды, если, конечно, меня не выдадут замуж обманным путем, прежде чем я вообще соображу, в чем дело!»