Он повернулся и степенно ушел. Грейди проводил взглядом его удаляющуюся по коридору внушительную фигуру, открыл дверь и увидел Мейси: она сидела на кровати и, ослепительно улыбаясь, болтала длинными стройными ногами.
— Не вздумай раздеться, предательница! — прорычал Грейди, захлопнув за собой дверь.
— Размечтался! У меня и в мыслях такого не было, — ответила Мейси и неохотно встала. — У нас смежные комнаты, вот я и решила пока распаковать твой багаж, как это и подобает старательной помощнице.
— Не подлизывайся! Вам с Куинном все равно придется ответить за свое коварство! — сказал Грейди и, пройдя мимо своей «ассистентки», швырнул конверт с фотографией на кровать и рухнул в кресло.
— А мне кажется, что после этой командировки мне должны повысить жалованье, — проворковала Мейси, прислоняясь спиной к столбику у изголовья кровати. — Только постарайся поскорее закончить все дела с этим ужасным монстром Арчи! Точно такого же урода я недавно видела в новом фильме ужасов.
— Раз ты так любишь смотреть подобные фильмы, Мейси, то тебе здесь понравится, — парировал Грейди, оглядывая комнату с высоким сводчатым потолком, темной мебелью и плотными шторами на окнах. — Ну чем не зал прощания с усопшими?
— А что это такое? — спросила его неуемная помощница беря в руки конверт. — Чья это фотография? Симпатичная девица! Можно сказать, красавица. У тебя с ней роман, милый? Я уже начинаю ревновать!
Мейси тряхнула рыжими колечками волос, обрамляющих ее круглую физиономию, и шутливо наморщила носик.
— Мне думается, что она украсит нашу картотеку опасных преступников, — хмуро сказал Грейди и, вскочив с кресла, нервно прошелся по комнате. — Арчи утверждает, что Энни — его незаконнорожденная внучка, претендующая на его многомиллионное наследство. Во всяком случае, именно так о ней должны думать все его остальные родственники.
— Значит, нам здесь нечего делать, милый? — спросила, обрадовавшись, Мейси. — Раз объявилась наследница всего огромного состояния этого ходячего скелета, мы с тобой можем возвращаться домой! И никаких ужасов, никакой нервотрепки! Не понимаю, почему тебя это не радует!