Еда показалась мне невкусной, позднее я поняла, что повар не отличался особым умением, однако все было внове для меня, поэтому я получила определенное удовольствие. Попробовав «спагетти алла болоньезе», «скаллопайн», различные салаты и сливочное мороженое и выпив половину кувшинчика вина, я вдруг почувствовала смертельную усталость. Я доползла до своей комнаты и выглянула в окно. На улице начал накрапывать дождь, по стеклу ползли серебристые ручейки, поэтому мне пришлось отказаться от небольшой прогулки перед сном. Раздевшись, я рухнула на постель, надеясь, что, может быть, в эту ночь ничто не сможет помешать мне выспаться как следует.

Конечно, мне снились какие-то сны, но, к счастью, я не запомнила ни одного из них.

* * *

Утром, когда я проснулась, за окном все еще шумел дождь. Струйки, смывающие грязь с не очень чистого стекла, уже не казались мне серебристыми. Мне совершенно не хотелось вылезать из постели, не было никакого настроения встречаться с другими постояльцами, поэтому я решила заказать завтрак в номер. Об этом мне гордо поведал во время вчерашней беседы Анджело.

— Нажмите на кнопку звонка, синьорина, — сказал он, указывая на провода, уходящие куда-то из моей комнаты и присоединенные к небольшой кнопочке. — Вы можете заказать себе еду прямо в номер.

Похоже, когда-то эта гостиница знавала лучшие времена и имела более многочисленный штат, так как звонков было несколько. Одним можно было вызвать горничную, другим — портье, еще один был снабжен совершенно непонятной мне надписью «tutti lavori». Я нажала на ту кнопку, которую показал мне Анджело, и пожалуйста — через несколько минут был подан завтрак. Вполне понятно, принес мне его Анджело. Судя по всему, на все эти звонки откликался он сам, включая и тот, назначение которого мне было совершенно неясно. Он кинул на мой халат быстрый похотливый взгляд, которым одаривал в любой ситуации.