Но все плохое сразу забылось, как только Нэт остановил скакуна у крыльца. Правда, поначалу он вел себя несколько натянуто. Очевидно, Нэт еще не забыл тот ужасный день и свое унижение и не знал, как теперь к нему относится Кэтлен. Но Кэтлен приветливо встретила его, и Нэт снова стал прежним — разговорчивым и любезным.

В тот ясный вечер влюбленные долго сидели на освещенном луной крыльце, и Нэт без конца повторял Кэтлен, как сильно он скучал по ней.

— Но я все это время находилась здесь. Ты всегда мог приехать в любое, удобное для тебя время, — с мягким укором заметила она.

— Я был… — замялся Нэт. — Меня не отпускал Мэтт: слишком много работы на табачных плантациях. Поэтому вечером у меня хватало сил лишь на то, чтобы дойти до кровати и лечь спать. — Нэт придвинулся ближе, взяв Кэтлен за руку. — Но я не смог дольше не видеть тебя и вот примчался, несмотря на усталость.

Однако Кэтлен не находила Нэта усталым. Его лицо как всегда было свежим и оживленным. По крайней мере, ей так казалось. Правда, против обыкновения сегодня Нэт почему-то до сих пор не снял шляпу. Повинуясь порыву, Кэтлен сдернула ее с головы своего кавалера, Нэт попытался отобрать шляпу, но Кэтлен со смехом спрятала ее за спину. И тут при свете луны она разглядела лицо Нэта. Все веселье разом пропало. Под правым глазом Нэта расплылось желто-фиолетовое пятно, на правой скуле и подбородке красовался огромный кровоподтек, а рассеченная губа только-только начала затягиваться.

— Боже правый, — округлила глаза Кэтлен. — Кто это тебя?

Нэт пожал плечами:

— Да, мы тут повздорили с Мэттом.

— Что же ты такого сделал, что он так отдубасил тебя?!

— Мэтт расстроился, увидев меня с одной из своих индианок, — презрительно усмехнулся Нэт.

— Своих индианок? — не поверила Кэтлен, удивляясь, почему ее так поразили слова Нэта.