– И тебя нисколько не волнует, что истинный варвар сделает с Абигайл, как только правда откроется? – поинтересовался сэр Рубен.

В ответ Сибил лишь слегка пожала плечами. Эмили невольно прикусила губу: от подобного безжалостного эгоизма хотелось кричать во весь голос.

– Не имею ни малейшего желания воевать с агрессивным и грозным шотландским кланом.

– Не говори глупостей. Неужели кому-то захочется тащиться в такую даль лишь для того, чтобы выместить на тебе злобу?

– Значит, глупости? – сурово переспросил сэр Рубен – Я глупец?

– Только в те минуты, когда позволяешь страху влиять на собственные решения, – ответила Сибил спокойно. Тон ясно показывал, что гнев мужа не внушает ни тени опасения.

– А не ты ли советовала послать как можно меньше рыцарей – и это в ответ на просьбу сюзерена о помощи?

– Но не могли же мы оставить без защиты собственные земли!

– Ну вот, в наказание за упрямство и получили этот приказ.

– И все же я была права, разве не так? Ведь король не наложил на тебя никакого штрафа.

– А потерю дочери ты штрафом не считаешь?

– Все равно рано или поздно их всех придется выдавать замуж.

– И все же пренебречь ты готова лишь одной.

– Остальные могут сделать выгодные партии.

– Даже Эмили?

В ответ на мимолетную колкость мачеха лишь презрительно рассмеялась.

– Итак, я намерен сообщить королю, что в течение ближайшего месяца отправлю в поместье лендлэрда Синклера одну из своих дочерей с причитающимся ей приданым.

– Надеюсь, не Иоланту? – дрожащим голосом уточнила Сибил.

– Не Иоланту, – коротко, с видимым недовольством заключил сэр Рубен.