Дон Лоренцо Хаббел дал Бинго блестящую рекомендацию, и по воле провидения Джулиан обзавелся новым проводником.

— Кстати, Странник, куда мы держим путь? — спросил Бинго.

— К Магическому камню, священному погребению индейцев. Ну как, ты все еще в игре? — Джулиан снял безупречную касторовую шляпу и поскреб густую светлую шевелюру. Поигрывая шляпой, он наблюдал за сменой выражения лица Бинго.

— Хм-м, слышат я про это место. Индейская легенда гласит, что подошедший к тому камню почернеет и умрет. В нем заключена волшебная сила. Что ты там забыл?

— Я коллекционер. Собираю редкие предметы культуры и выставляю их в своем доме. Новое приобретение еще дороже, когда сам его добываешь. Эту легенду я услышал от своего друга, который долго прожил на Западе. — Джулиан пожал плечами. — Звучит заманчиво.

— Это точно, Странник, это точно. — Бинго подтянул штаны и поправил на голове вылинявшую фетровую шляпу. — А что будет с прежними проводниками? Им вряд ли понравится, что ты нанял меня.

Джулиан посмотрел на загон, в котором Хантли и Бейтс седлали лошадей.

— Их благополучно уволят, когда они приедут в форт отсылать телеграмму моей дочери. Я пошлю записку лейтенанту Бакнеру с сообщением о своих планах и указанием заплатить им из тех денег, что я оставил для дочери. Это предотвратит любые попытки помешать нам.

Полдень следующего дня застал Бинго и Джулиана на краю скалы, откуда они разглядывали кавалькаду, растянувшуюся вдоль иссушенной долины.

— Не сносить мне головы, это кайова! Только никак не разберу, они на тропе войны или нет? — Старик присел на корточки за рыжим камнем и знаком приказал своему тщательно одетому спутнику сделать то же самое.

Скала, иссеченная ветрами, временем и подземными ручьями, образовывала причудливые конфигурации. Этот суровый пейзаж у индейцев папаго назывался алезон, но белым он был известен под названием Аризона. Индейцы заявляли свои права на эту территорию, белые, в свою очередь, мечтали ее присвоить.