В начале двадцатого столетия прославились Энн и Кассандра Феннел. Первая — как отважная путешественница, вторая — как одна из самых яростных участниц движения суфражисток. Фотография этой мужеподобной особы с решительным квадратным подбородком и фанатичным блеском в глазах наводила ужас. Самым удивительным было то, что эта отчаянная сторонница женского равноправия и принципиальная противница брака как института угнетения слабого пола в пятьдесят лет вышла замуж за довольно известного художника. Впрочем, к людям искусства Феннелы питали привязанность всегда, и в Окридж-холле подолгу гостили художники, музыканты и даже артисты.

Внимательное изучение истории рода матери позволило Мэг сделать вывод, что мужчины чаще отличались слабой волей, легкомыслием и склонностью к меланхолии. Женщины же, напротив, были энергичны и жизнелюбивы. Мэг поделилась своими мыслями с мисс Питере, на что старая дева ответила, что ее это не удивляет, и со значением посмотрела на девушку. Мэг содрогнулась, заподозрив в себе сходство со сладострастной Элизабет или грозной Кассандрой.

Все материалы, относящиеся к последнему времени и ныне здравствующим родственникам, Мэг отложила в сторону. Те, кто отверг Гвендолен, не стоили ее внимания.

Не пойду! Мэг решительно отмахнула снимки в сторону. Только теперь ее жизнь стала постепенно налаживаться. Острота одиночества после потери родителей немного притупилась, хотя иногда на нее накатывали такие приступы тоски, что, казалось, сердце разорвется от воспоминаний. Сбережения семьи позволили закончить учебу в университете, а коллеги отца помогли ей найти место библиотекаря в частной лондонской школе. Мэг с легким сердцем продала родительский дом, навевающий тягостные воспоминания. Денег от продажи хватило, чтобы купить и обставить небольшую квартирку в Лондоне, в которой теперь часто собирались молодые преподаватели школы.