— И все же это произошло. И мне кажется, есть доля и моей вины в случившемся.

— Вы же не несете ответственности за драгоценности, когда они уже сданы в хранилище! — Ван Моппес утешающее похлопал Россанта по плечу.

— Конечно, не несу! Но дело в том, что я вчера слишком много, на мой взгляд, рассказал о системе охраны ячейки. Мне кажется, что преступник воспользовался этим. — Россант пристально смотрел на Шарлин.

— Что это вы на меня смотрите?! — обиженно воскликнула она. — Я, между прочим, вчера в первый раз увидела это колье и услышала о том, как оно охраняется. И потом, эта чертова драгоценность так мне натерла кожу, что я была вынуждена использовать заживляющую мазь!

— Вы серьезно хотите обвинить Шарлин в краже? — изумилась мисс Стемптон. — Да, она, конечно, слишком часто ведет себя как взбалмошная, неуравновешенная девица, не блещущая умственными способностями, но чтобы взять чужое!..

— Я еще не видел ни одного глупого преступника, — парировал Россант.

— Мистер Россант! Что вы себе позволяете! — воскликнула Шарлин. — Еще ни разу в жизни меня не обвиняли ни в чем подобном!

— Я вас и не обвиняю. Это вы сами решили, что я пытаюсь вас в чем-то обвинить. — Россант усмехнулся. — Как будто у вас совесть нечиста!

— Ну, знаете ли! — От гнева Шарлин не могла найти слов.

— Я думаю, мистер Россант просто пошутил, так ведь? — попробовал уладить конфликт Ван Моппес.

— Ничего себе шуточки! — продолжала возмущаться Шарлин. — Да мне еще ни один человек никогда в лицо не бросал такие обвинения!

— Я вас ни в чем и не обвинял! — устало повторил Россант. — Я могу обвинить человека, только когда у меня есть неопровержимые доказательства.

— А сейчас у вас только подозрения?

— В том числе и подозрения, — спокойно сказал он. — Но можете не беспокоиться, у вас ведь железное алиби. Во время преступления вы пытались меня очаровать и затащить в постель.