— Можете в таком случае считать меня ненормальной и весьма довольной этим обстоятельством, — с возмущением ответила она.

Ник посмотрел на нее, не скрывая изумления.

— Уж не пытаетесь ли вы намекнуть, что вы — девственница? Полно, Конфетка, не будьте смешной!

— Не вижу здесь ничего смешного! Наоборот, смешны ваши устаревшие представления, будто женщина только и ждет удобного случая, чтобы оказаться в постели с первым встречным!

— Что, бережете себя для будущего мужа?

— Да, берегу и не стесняюсь этого. У вас есть какие-то возражения? — Лорена сочла излишним упоминать, что сберегла свою девственность только благодаря неловкой случайности, когда Альберто Перуджи в решительный момент не оправдал ни своих, ни ее ожиданий.

— Теоретически, никаких. — Тон Ника был полон иронии. — Но на практике я все же предпочитаю…

— Это меня решительно не касается, — прервала Лорена в высшей степени неприятный ей разговор.

— Что, не интересуетесь?

— Ни в малейшей степени. Сейчас я интересуюсь только горячей ванной и хотя бы шестичасовым сном. Так что, если не возражаете…

— Ну что ж, спальня на втором этаже — устраивайтесь и отдыхайте. Спокойной ночи.

Забрав сумку, Лорена поднялась по винтовой лестнице на второй этаж и попала в спальню. Перегородки, разделяющие столовую, гостиную и кухню на первом этаже, здесь отсутствовали. Эффект был поистине ошеломляющий. Кровать колоссальных размеров стояла так, что можно было любоваться озером, не вставая. Единственная дверь вела в примыкающую к спальне ванную.

Лорена открыла сумку, достала туалетные принадлежности, ночную рубашку и легкий халат. Ник приготовил для нее чистые полотенца, кусок мыла и флакон дорогой ароматической соли для ванны. Она покрутила флакон в руках. Явно не его — не тот он человек, чтобы лежать в надушенной ванне, — значит, одной из тех дам, на которых он намекал.