Его стул скрипнул по полу, Энтони в один прыжок пересек кухню и поймал её за руку.

– Постойте! Простите, Эмма. Я не хотел вас обидеть, – он развернул её к себе. – Это просто так… так неожиданно.

Хотя она была высокой женщиной, он устрашающе возвышался над ней. То, как он выглядел сейчас, очень отличалось от туманных воспоминаний её детства. Сейчас он был мужчиной, а не юнцом. Мужчиной сильным, зрелым и настоящим. Для женщины, которая десять лет провела среди женщин и детей, эффект был скорее подавляющий. Её взгляд упёрся ему в небритый подбородок. Тёмная щетина была ему удивительно к лицу. Ей захотелось прикоснуться к ней и почувствовать на ощупь шершавые щетинки. Эмма отвела взгляд.

– Мне жаль. Было самонадеянно с моей стороны вот так придти.

– Неожиданно, возможно, но не самонадеянно, – он пристально её рассматривал. – Я всё ещё сомневаюсь, не снится ли мне всё это из–за огромного желания сохранить Кенфилд.

– Это вовсе не сон, – сказала она с убеждением. Он был таким живым, а его ладонь на её руке такой теплой и сильной, что эта встреча не могла не быть настоящей.

Он отпустил её руку и вежливо указал на стул.

– Присаживайтесь, кузина. Вы были правы, когда говорили, что мы должны серьезно побеседовать.

Глава 3

Энтони Вон налил себе и гостье ещё кофе. Даже после двух чашек он все ещё чувствовал себя так, словно стоит одной ногой в могиле. «Вчера вечером ему не стоило столько пить и, определенно, не следовало приглашать такое количество своих беспутных друзей поучаствовать в извращённом праздновании своего удручающего проигрыша. Интересно, когда прибыли шлюхи, – вяло размышлял он. – Когда он провалился в небытие, их ещё не было, – он отмахнулся от этой темы, чтобы сконцентрироваться на более важных делах, а именно, на своей удивительной кузине, которая сидела напротив него и каждым дюймом являла собой скромную, плохо одетую гувернантку.