Бонд щелкнул значок "Допрос в полиции". На мониторе появилась Электра в совершенно растрепанных чувствах, почти в истерике. Ее раны уже обработали, но вид у нее был ужасный. По лицу текли слезы.

– Расскажите еще раз, как вы завладели револьвером, – мягко попросил ведущий допрос полицейский.

– Сколько раз еще мне вам рассказывать, черт побери? – закричала Электра. – Это был тот тип, который все время ко мне приставал... он пришел ко мне в комнату... в камеру ... и хотел до меня дотронуться.

– И это было ночью?

– Рано утром. Кажется, солнце только всходило. Когда я выбралась из дома, оно уже взошло.

– И что же произошло?

– Так я же говорила... – Она сделала судорожный вдох и снова начала рассказывать: – Я его подпустила поближе... чтобы он потерял бдительность. И сильно ударила в пах ногой. Он сложился пополам, а я вытащила у него револьвер и застрелила его.

– И тогда...

– Раздались крики, кто-то бежал. Остальные спешили посмотреть. Я навела револьвер на дверь, и когда она открылась, я нажала на курок.

– И сколько там было человек?

– Двое. Я застрелила обоих.

– А главарь? – спросил полицейский. – Тот, что удрал? Вы можете его описать?

– Лысый. Глаза темные. Он кричал... – Электра всхлипнула... – Он все время кричал...

Растроганный Бонд остановил изображение и слегка коснулся пальцами неподвижного лица Электры, будто пытался стереть слезы. Такая красивая девушка... ужасно.

И тут ему в голову стукнула мысль. Он вернулся к моментальной фотографии с суммой выкупа: $5 000 000.

Засунув руку в карман, он вытащил бумажник и достал из него выписку, которую отдала ему в Бильбао девушка с сигарами. В суматохе после взрыва Бонд совсем о ней забыл. Вот она, эта некруглая цифра – ? 3 030 003,03. У него волосы зашевелились на загривке.