И поцеловал ее. Чарли никогда еще не испытывала подобного наслаждения. Ее опыт в любовных делах был более чем скромен, и торопливые поцелуи Алана не имели ничего общего с тем, что происходило с ней сейчас. По ее телу прошла дрожь. Когда Джесс наконец отстранился, она бессильно обмякла в его руках.

— Джесс…

— Не говори ничего, — попросил он и снова крепко обнял ее. Чарли слышала, как сильно бьется его сердце и как тяжело он дышит. Как ни странно, но это успокоило ее.

И о чем он только думает? Джесс крепко зажмурился и постарался не обращать внимания на волосы Чарли, щекочущие его подбородок. Что с ним происходит? Он думал, что хорошо знает себя, и был уверен, что подобные переживания остались для него в прошлом. Неужели он снова влюбился и нескольких женских слезинок достаточно, чтобы он потерял голову?

— Тебе лучше лечь спать, — с трудом выдавил Джесс.

Он уже не был уверен в себе. Лучше быть от нее подальше.

— Нет, я все равно не усну, — вспомнив о мучавших ее кошмарах, испуганно сказала Чарли. — Я лучше посижу немного.

— Я побуду с тобой.

— Не надо…

Но Джесс уже подвел ее к большому креслу. Не разжимая объятий, он опустился в него и откинулся назад. Чарли оказалась прижатой к нему, как в гнездышке. Широкая грудь Джесса казалась ей удобнее самой мягкой подушки. Однако она понимала, что не сможет закрыть глаза и уснуть. И дело было не в кошмарном сне и не в ноющих от боли руках, а в поцелуе.

Поцелуй Джесса потряс ее. Нет, конечно, она и раньше целовалась, но целоваться с Аланом было скучно и неинтересно. Надо отдать должное, Алан заслуживает всяческого уважения. Он серьезный, осмотрительный, предан любимому делу. Но его никак не назовешь темпераментной натурой. А вот Джесс — полная противоположность Алану. Джесс бы умер от тоски, проводя целые дни, склонившись над микроскопом. Ему бы было этого мало. Он должен жить на полную катушку. Все выдавало в нем страстную натуру, и это будоражило и настораживало Чарли. Потому что она понимала, что Джесс не ограничится поцелуем.