– Мэри, успокойся, пожалуйста, – мягко и ласково сказала Сью. Она на чем свет кляла себя за такой поворот разговора. – Подумай, что и для тебя это важно. Ты сможешь рассказать людям о том, как сильно ты любила Ларри. Пусть в кино их зовут по-другому, но дай людям почувствовать, какое это огромное счастье – любить. Пройди еще раз этот путь. Найди что-то новое, что сможет тебя примирить с утратой. В психиатрии есть такой прием. Человека погружают в ту же обстановку, дают ему испытать те же эмоции, чтобы вылечить от боли.

Посмотри на это с другой стороны. Когда нам плохо, надо постараться найти того, кому в этот момент еще хуже.

– А он знает о моей истории? – Мэри не мигая смотрела на подругу.

– Нет, конечно, – быстро ответила Сью.

Она понимала, что уже запуталась во лжи, но останавливаться было нельзя. Пусть встретятся, потом само все станет на свои места. Надо только успеть предупредить Майкла. – Мы говорили только о фильме. Он очень обрадовался, когда увидел меня, и попросил посодействовать тому, чтобы ты приняла его приглашение.

– Я, конечно, делаю глупость, – вздохнула Мэри, – но, по-моему, ты не оставляешь мне выхода. Если я не поеду сегодня, я подведу тебя.

А ты уже пообещала…

– Поедем, Мэри, – тихо попросила Сью. – Вот увидишь, все будет хорошо.

У ворот студии их такси остановил охранник. Мэри сжалась и почувствовала противную холодную влажность под мышками. Хорошо бы он не пустил их на территорию, подумала она.

Тогда никто не заметит, как трясутся ее колени и все тело покрывается мелкими мурашками. Но охранник, увидев визитку Майкла Сноу, которую сунула ему Сью, широко улыбнулся и показал напарнику, что ворота можно открывать.

Надо же, какая важная птица, подумала Мэри, даже перезванивать не стали. Она посмотрела на Сью и встретила ее невозмутимый взгляд.