— Конечно, доступен, — настаивала Диана. — Ему тридцать шесть лет, а тебе тридцать, Кэт, и ты можешь набросить на него уздечку. Ты сможешь взять его, если попытаешься. И к тому же ты уже на полпути. Ты ведь его личный помощник. Ты в курсе всех его дел, знаешь его привычки и слабости. Он зависит от тебя…

— Я не интересую Кевина Петерсона, как женщина, — отрезала Кэт, чувствуя отвращение от одной только идеи целеустремленной охоты на мужчину.

Кроме того, сестры не знали одного. Несколько лет назад она провела немало бессонных ночей, думая о своем необыкновенном начальнике. И в конечном итоге вынуждена была удовлетвориться деловыми отношениями. С тех пор она в корне душила любую запретную мысль о Кевине и не хотела делать ничего, что могло бы разрушить установившиеся отношения. Работа многое значила для нее, и она знала, что хорошо ее выполняет. Это давало ей уверенность в завтрашнем дне. Ведь она может полагаться только на себя, ей нужно зарабатывать на жизнь, а у нее еще ссуда за квартиру не выплачена! Нет уж, никаких брачных афер.

— А с чего бы он заинтересовался тобой? — возразила вдруг Диана, пристально глядя на нее.

Очевидно предположив, что выполнила свою часть работы по уборке, она бросила посудное полотенце и уселась поудобнее на стуле. Рассматривая свои ногти, не осталась ли под ними какая-нибудь грязь, она задумчиво сказала:

— Почти все то время, пока ты работаешь на Кевина Петерсона, тебя было не оторвать от Джона. Ты не подала Кевину ни единого отчетливого сигнала, — заявила она.

— Им стоит заняться! — встряла Дженни. Ее внезапный интерес к этому вопросу объяснялся просто. Заполучив Кевина, Кэт могла бы оказаться полезной для ее мужа. Финансист, который заправляет деньгами нескольких крупных денежных воротил, — это очень выгодное знакомство. Чтобы оказаться поближе к сестре, Дженни принесла несколько грязных салатниц к мойке, в которой мама мыла посуду, а Кэт вытирала ее.