– Извини! У меня тоже встреча, и я уже опаздываю. – Потом развернулась и пошла прочь.

Дориан стоял, словно пригвожденный к месту, все еще не веря происшедшему. Ему хотелось догнать ее, продолжить разговор… Нельзя позволить, чтобы она вот так просто взяла да ушла. Он бросился вперед, но тут же замер снова – с протянутой вперед рукой и словами, умершими на губах, – слишком важной была для него встреча с Болдуином, чтобы пропустить ее.

Он стоял и смотрел Констанс вслед, пока она не исчезла за углом, а потом в приступе бешенства пнул ногой фонарный столб. Проклятье! Он должен был договориться о встрече в удобное для них время!

Дориан познакомился с Констанс, когда той было восемнадцать, а ему стукнуло двадцать два. На ежегодном университетском благотворительном балу Дориан сунул ей под нос импровизированную копилку и заявил, что не сдвинется с места, пока она не бросит туда хотя бы пенни.

– А если я этого не сделаю? – поддразнила его девушка.

– Тогда я схвачу тебя под мышку, затащу в свою берлогу и съем! – устрашающим тоном сказал он, и если шутил, то лишь наполовину.

Он сразу же заметил в толпе эту девчонку с огненно-рыжими волосами. Констанс была тогда похожа на хрупкую фарфоровую куклу. Ему тут же захотелось, чтобы она заглянула к нему домой… и осталась там навсегда.

Дориан всегда питал слабость к рыжеволосым девушкам. Возможно, причиной тому были счастливые воспоминания о тех временах, когда он сидел на коленях у бабушки, чьи огненные локоны щекотали детское лицо.

Они проболтали минут десять и, прежде чем расстаться, договорились о свидании. Это и стало началом романа, которому, как они надеялись, суждено было длиться вечно. Кто знал, что их семейная жизнь так скоро пойдет под откос…

Констанс не поверила глазам, увидев Дориана у крыльца своего дома. Он стоял, прислонившись к голубому «Мерседесу», с таким видом, будто все время в мире было в его распоряжении.