А теперь ему предстояло дело, которое требовало осторожности и, вместе с тем, решительности. Крис также предполагал, что придется пустить в ход свое мужское обаяния. Все, что в этом мире касается либо денег, либо золота, всегда связано с риском. Поэтому он не намеревался задерживаться в Туин-Фолсе надолго. Надо забрать должок и отправляться дальше.

— Мэм! — Кристиан скорчил гримасу и поднес руку ко лбу, делая вид, что почтительно приподнимает шляпу. — Мэм! — И тут же осекся, не зная, как обратиться к горничной. «Мисс! Миссис!» Он не получал из Туин-Фолса вестей и не знал, вышла Сьюзан Шенли замуж за Марка Фишера или нет. Старый Йортом Шенли по прозвищу Свиное Брюхо о другой партии для своей дочери и не мечтал. А вот благословения от Ханны Фишер молодая пара вряд ли дождалась.

— Как ты изменилась за это время! Куда исчезла озорная и веселая малютка Сью?! Ты стала просто красавицей, Сьюзи! Да к тому же такая серьезная!

— Не только время меняет нас! Теперь мне приходится носить эти проклятые тряпки! — Сью хлопнула по подолу черной форменной юбки и тряхнула кружевным фартучком. — Вам необходимо одеться, сэр! Я принесла вам одежду.

Девушка сложила чистые джинсы, клетчатую рубашку и куртку Криса на стул. Отвернувшись к окну, она продолжала говорить глуховатым голосом.

— Вы недавно приехали, мистер Бентон, и ничего еще не знаете! Отец Марка, мистер Сэмюэль Фишер, умер пять лет назад. И миссис Фишер указала мне на дверь. Марк устроил меня в «Женеву». Вот я здесь с тех пор и работаю. Иначе пришлось бы отправиться в заведение мадам Жанны Хелм.

Кристиан вспомнил, что Сьюзан очень любила носить замшевые штаны, а черные прямые волосы стягивала на затылке индейским хвостом. Тогда, много лет назад, она была по-мальчишески угловата и, когда мчалась по горам верхом на вороном жеребце, казалась молодым индейцем. Да и сейчас в ней чувствовалась с трудом сдерживаемая энергия, какое-то скрытое удальство, унаследованное от матери-индианки.