— Вот именно, что пока .

Он ехидно сощурил глаза.

— Боишься?

— Нет, — с достоинством ответила Аманда.

— Тогда давай будем считать, что я никогда не выдвигаю необоснованные обвинения и доверяю лишь проверенным фактам.

— Спорю, тебе бы очень хотелось подловить меня и повесить за кражу!

— И попортить при этом такую милую шейку? — хмыкнул он, проведя по ней взглядом. Эдвин сделал это так, словно прикоснулся рукой. — Ты преувеличиваешь, Ди.

Ей бы хотелось, чтобы он никогда не произносил ее имени. В его устах оно звучало так соблазнительно и зовуще, что она почувствовала дрожь… наслаждения, но вовремя опомнилась.

— Не бойся, я не собираюсь тебя раздевать. — Эдвин отошел от нее. — Хочешь пива?

— Нет. Я уже собиралась уходить.

Важно было даже не то, что она не нравилась ему, главное заключалось в том, что он постоянно наносил ей незаслуженные обиды, от которых становилось еще противнее, чем от осознания первого.

Он открыл пиво, стерев с полированной поверхности стойки упавшие капли.

— Присаживайся. Нам надо поговорить.

— Нам надо прежде всего научиться хорошим манерам! — воскликнула она возмущенно. Хотя обычно он и вел себя спокойно, в этот раз Эдвин перешел все границы дозволенного.

Не поняв причины ее раздражения, он обернулся и сказал:

— Но я же просто пригласил тебя выпить со мной.

— Ты просто приказал мне.

Сначала Эдвин выглядел озадаченным, потом понимающе кивнул.

— Ладно, Аманда, давай присядем. Нам надо обсудить кое-что. Это важно, поверь мне.

Похоже, он прикладывал все усилия, чтобы не быть грубым. Такое снисхождение обнадежило ее. Они могли бы даже мирно сосуществовать, только в разных концах планеты.

Она села в одно из кресел.

— Я бы выпила сока.

— Персиковый подойдет?