Он развернул миссис Фрут и слегка подтолкнул ее к двери.

Едва оправившись от шока, Кристи устремился за ней, но Энни оказалась проворней.

– Побойся Бога, Джеффри, – произнесла она напряженным тихим голосом и торопливо вышла в холл. Звук ее удаляющихся шагов смешался со всхлипываниями миссис Фрут.

– Зачем ты это сделал? – спросил Кристи, скорее ошеломленный, чем рассерженный.

– Сделал что?

Джеффри, как ни в чем не бывало, облокотился о раму высокого окна. Он выглядел совершенно довольным собой. Чтобы привлечь внимание Кристи, он засмеялся своим высоким неестественным смехом.

– Нет, ты посмотри только на этот двор и все прочее! С ума сойти можно… Я не думал об этих местах ни единой минуты с тех пор, как уехал отсюда! Не вспомнил ни разу за все двенадцать лет – клянусь тебе. А сейчас – надо же – гляжу кругом, и чувство такое, будто и не уезжал никуда… Я помню каждый закоулок, каждый предмет обстановки, каждый блик света…

Он потянулся всем телом, уставившись в пространство. Казалось, он уже не помнил только что сказанных слов.

– Твой отец несколько запустил дела, – заметил Кристи, понимая, что не сообщает и четверти правды.

– Отчего так? Из-за болезни?

– Нет. Болезнь обострилась только в последние несколько месяцев. Просто он потерял интерес к жизни.

– Ха! А я-то думал, что у нас с ним нет ничего общего.

Кристи смотрел на друга с возрастающим ужасом и смятением.

– Имение приносит хороший доход. Мне говорили об этом, но твой отец никогда не пытался вкладывать деньги во что-то прибыльное. И теперь фермы арендаторов в самом плачевном состоянии, коттеджи…

– А что же он делал с деньгами?

– Клал в банк, надо думать. Ты мог бы здесь сделать немало добра, Джеффри. Холиок старается изо всех сил, но он всего лишь…