– Я знаю, знаю, – пробормотал он, стараясь понять, что именно она имела в виду, но боясь спросить.

– Сколько времени в твоем распоряжении? – спросила вдруг она.

– Что, если я скажу – годы?

Она непонимающе уставилась на него.

– Сейчас я тебя удивлю. Я получил место в Англии. В посольстве.

– Господи, – сдавленно выговорила она и прижалась головой к его груди. – Это слишком много для меня. Что за день выдался! – Она опять взглянула на него полными изумления глазами. – Чем только я такое заслужила!

– Праведной жизнью, наверное.

– Это так, жизнь я вела примерную. Но два года! Целых два года! Просто невероятно!

– Так что теперь все будет зависеть от тебя – когда и сколько ты позволишь мне видеть тебя, – сказал он, улыбаясь. – Ну и от обстоятельств, конечно.

– О, обещаю тебе, что ты сможешь видеть меня, когда только захочешь. Правда...

– Что?

– Конечно, мы будем видеться, – уклончиво ответила она. – Я обещаю. Но ты знаешь, я не бросаю слов на ветер и могу обещать только то, в чем абсолютно уверена. – Ее ясные глаза затуманились. – Надеюсь, ты правильно поймешь меня.

– Конечно.

Она опять улыбнулась ему и снова положила голову ему на плечо.

– А генерал Миллер говорил, что я о тебе спрашивала?

– Да. И это повлияло на мое решение вернуться сюда. У меня появилась надежда.

– Мне казалось, я имею на это право.

– Нет, это ведь я американец. У меня есть все права.

Они переглянулись и улыбнулись друг другу. Он почувствовал, что она смотрит на него непривычным, оценивающим взглядом.