Аллегра рассмеялась от души.

— Господи, Энджи, конечно нет! Просто Кейд сказал, что не способен на такую любовь, которую воспевают поэты, но я ему очень нравлюсь, он меня уважает и хотел бы, чтобы я стала матерью его детей. А я обрадовалась. Между нами говоря, Энджи, я не ахти какая романтическая натура, бурные страсти — не для меня, романтические отношения живут недолго, а я хочу, чтобы у моих детей была прочная семья, чтобы им не пришлось страдать из-за развода родителей. Мы с Кейдом всегда будем вместе.

Даже сейчас Энджи помнила, что от слов подруги по ее спине пробежал неприятный холодок. Может, Аллегру и устраивал этакий деловой союз мужчины и женщины, но ей самой хотелось большего, настоящих чувств, глубокой, страстной привязанности, на меньшее она бы не согласилась, лучше уж остаться одной. Одной даже спокойнее и безопаснее. Энджи не хотела бы подобно своей матери впасть в депрессию из-за измены любимого мужа.

За входной дверью звякнули ключи, щелкнул замок, и дверь тихо отворилась. В квартиру быстро вошла Фэй.

— Энджи, как Джинни?

— Уже лучше. Врач сказал, что это обычная простуда, и выписал микстуру.

Фэй кивнула и скрылась в спальне. С улицы послышался ровный гул хорошо отлаженного мотора автомобиля. Энджи подошла к окну и беззвучно ахнула: к дому снова подъезжал знакомый «бентли». Автомобиль затормозил. На тротуар вышел Кейд с какой-то коробкой в руках и целеустремленно двинулся к дому. Помня, что Джинни спит, он не стал звонить в дверь, а тихо постучал. По той же причине Энджи сразу открыла.

— Что тебе нужно? — спросила она сердитым полушепотом. — Я же сказала…

— Вот, возьми. — Кейд протянул ей коробку. Энджи с подозрением посмотрела на нее.

— Это еще что такое?

— Новый чайник.

Не дождавшись, когда Энджи возьмет чайник, Кейд прошел прямо в кухню и поставил коробку на стол. Энджи стиснула зубы и процедила: