— Вы пообедаете со мной сегодня? — спросил он совершенно нейтральным тоном. Она остановилась так резко, что он врезался в нее. Роберт мог бы избежать столкновения, но намеренно позволил их телам соприкоснуться. Эви потеряла равновесие, и он подхватил ее за талию, прижав спиной к себе, прежде чем она сумела твердо встать на ноги. Он почувствовал дрожь, которая пробежала по ее спине, и его охватило наслаждение от теплоты и ощущения ее тела под его руками, у его бедер и живота.

— Извините, — сказал он с легкой усмешкой. — Я не знал, что обед со мной — такая ужасная перспектива.

Эви должна была как-то отреагировать. Если она возражает, то необходимо отстраниться, избегая некоторой сексуальности его объятия. Если соглашается, то стоит повернуться и взглянуть на него. Надо поторопиться с уверением, что его приглашение ничуть ее не испугало, и принять его, чтобы доказать это. Но она не сделала ничего из этого. Она просто стояла неподвижно, словно парализованная его руками, сжимающими ее талию. Тишина стала почти осязаемой. Она снова вздрогнула, изящное чувственное движение заставило его руки напрячься, а мужскую плоть дрогнуть и затвердеть. Почему она не двигалась, почему ничего не говорила?

— Эви, — прошептал он.

— Нет, — сказала она голосом чуть более хриплым, чем обычно, и резко отстранилась. — К сожалению, я не могу принять ваше приглашение.

Затем к причалу подошла лодка, и Роберт наблюдал, как ее золотая голова повернулась, а лицо осветилось улыбкой, когда она узнала клиента. Ярость остро всколыхнулась в нем: как охотно она улыбалась другим, а на него едва обращала внимание.

Она подняла левую руку в знак приветствия, и Роберт в шоке уставился на тонкие пальцы.