Он захлопнул дверь, вернулся к кровати и посмотрел на гладкое, загорелое тело, предназначенное услаждать его взор. О боже! Какой же он идиот! Зачем он позволил ей остаться на ночь? Наверное, был пьян сильнее обычного, подумал он и, нагнувшись, решительно потряс круглое плечико.

До невозможности длинные ресницы томно поднялись, и его одарили сонной улыбкой.

– Алессио, сокровище мое, почему ты не в постели? – Дама обвила руками его шею, но он быстро отстранился.

– Виттория, тебе придется уйти, и к тому же поскорее.

Она надула хорошенькие губки.

– Какой ты негалантный, милый. Я же тебе говорила: Фабрицио наносит визит своей ведьме-мамочке и не вернется до вечера, поэтому в нашем распоряжении целый день.

– Заманчивое предложение, недрогнувшим голосом ответил Алессио. – Но, как это ни грустно, у нас нет времени, чтобы его осуществить.

Она с улыбкой потянулась.

– Но как же я могу уйти, радость моя, когда мне нечего надеть? Ты выиграл в карты все мои вещи прошлым вечером. Что мне делать? Это был долг чести, – гортанным голосом уточнила она.

Алессио терял терпение.

– Считай, что я твой долг аннулировал. Я смошенничал вчера.

Она пожала плечами.

– Тогда тебе придется принести мою одежду из гостиной, где я ее бросила. А может, ты хочешь, чтобы я отыграла свои вещи в следующей игре?

Алессио было не до страстных сцен.

– А как ты, красавица, объяснишь моей тете Лукреции, и к тому же ближайшей подруге матери Фабрицио, две вещи: свое присутствие и отсутствие на тебе одежды?

Виттория вскрикнула, села и прикрылась простыней, словно ее уже застали врасплох.

Господи… ты серьезно? Она что, здесь?

– Еще нет, но вот-вот появится, – мрачно предупредил Алессио.

– Боже! – издала вопль Виттория. – Алессио, сделай что-нибудь! Я должна выбраться отсюда. Спаси меня.