Но, возможно, он так смотрел только на нее. А тетку свою он явно не любит, как и говорил Паоло. Лаура не поняла их краткую словесную перепалку, но взаимную неприязнь почувствовала. Странно. Если он не рад гостям, то зачем приехал? Они не ожидали встретить его здесь. У него, если верить Паоло, много других домов, куда он мог бы поехать. Непонятно. Как бы то ни было, он вряд ли обрадуется, если узнает, что его гостья – мелкая сошка из рекламного агентства, обслуживающего лондонское отделение банка Арлеши. Размышления Лауры были прерваны Эмилией, добродушной, улыбчивой женщиной, которая произнесла «Сюда, синьорина» и распахнула перед ней дверь. Лаура вошла в комнату, огляделась и пришла в восторг. Какой контраст с загроможденной вещами квартирой синьоры Висенте! Комната вдвое больше той, которую она занимала вчера. Пол выложен бледно-розовой мраморной плиткой, а на белых оштукатуренных стенах виднелись остатки старинных фресок. Кровать – современная и огромная, с прозрачным белым пологом, на закрытых ставнями окнах – такие же занавески.

– Все превосходно.

Оставшись одна, Лаура подошла к окну и раскрыла его. Окно выходило на дворик с колоннадой. Двор был вымощен каменной плиткой, посередине находился фонтанчик: херувим лил воду из раковины в бассейн. Лаура глядела на поросши густым лесом склоны гор, которые словно нависал над двориком, и неожиданно ее охватила усталость, стало жарко, и она вспомнила о ванной.

Лаура стояла под сильной струей теплой воды. Мыло пахло лилиями, и она чувствовала, как вместе с мыльной пеной смывается тревога, как приходят силы, и она словно заново рождается. Лаура закуталась в пушистое банное полотенце и вернулась в спальню. Пока она принимала душ, принесли ее чемодан, и она стала его распаковывать. Придирчиво оглядев взятые с собой вещи, она расстроилась – очень мало нарядов можно считать подходящими для пребывания на вилле графа. Меньше всего помялось шелковое серебристо-серое платье, и Лаура решила надеть его к ужину, чтобы произвести благоприятное впечатление.