Синтия схватила ее руку, прижала к своей груди и прошептала:

– Я знала, я всегда знала, что ты… ты никогда бы не стала спать с чужим мужем.

– Зачем мне чужой муж, когда кругом полным-полно неженатых мужчин? – самым искренним образом удивилась Сью. – Чужой муж – это все равно что машина, на которой стоит ограничитель скорости. А я больше всего на свете люблю быструю езду. – Сью осторожно высвободила свою руку, приподняла с пола голову Синтии и, поднеся к ее губам стакан с аперитивом, сказала властно: – Пей. Грех скулить о прошлом девчонке с красивой мордашкой и страшно богатым мужем. Вот что я скажу тебе, моя прелесть: этот Арчибальд Гарнье был недостоин тебя, раз взял и сделал ноги. Верно?

Синтия одним махом осушила стакан и вдруг, схватившись за голову, завизжала и стала кататься по полу. Сью отошла в сторону, молча наблюдая за происходящим. Она знала по собственному опыту, что если женщину накрывает истерика, вмешиваться не нужно, а лишь терпеливо ждать, когда она закончится. И Сью ждала, усевшись с ногами в кресло и время от времени потягивая из стакана аперитив. Она с нескрываемой брезгливостью смотрела на катавшуюся по полу Синтию, удивляясь тому, как мог Бернард Конуэй, зная и любя Машу, жениться на подобной идиотке. Впрочем, Сью была весьма невысокого мнения о подавляющем большинстве мужчин – кто-кто, а уж она-то знала о них предостаточно. Бернард – обыкновенный самец. Хищный. Жестокий. Самовлюбленный. Из скупых рассказов Маши о своем прошлом Сью поняла, что этот мужчина сыграл далеко не последнюю роль в том, что сестра потеряла интерес к своей карьере, да и к жизни тоже. Такие мужчины, как Бернард Конуэй, способны сломить дух куда более сильной женщины, чем Маша. Франко тоже виноват, но он искупил свою вину. Сью вздохнула. Этому Конуэю еще предстоит за все ответить. Ибо она, Сью Тэлбот, совмещает в одном лице и детектива и мстителя.

Синтия затихла, повернула голову и посмотрела на Сью.