– Осознать собственные ошибки – значит избежать их повторения, – мягко заметила Эбби. – После развода с Джеффри ты обретешь свободу, встряхнешься и когда-нибудь снова выйдешь замуж, а Джеффри останется лишь неприятным воспоминанием, которое со временем исчезнет… Ладно, давай пока забудем о нем и займемся подготовкой рекламной кампании для «Куперс». – Взяв со стола кожаную папку, она протянула ее кузине. – Здесь список моих знакомых из теле– и радиокомпаний, а также из центральных ежедневных газет. Против каждой фамилии указана сфера интересов. Сгруппируй их под соответствующими рубриками, например: «Кулинария», «Моды» и так далее, обзвони всех и договорись о встрече.

– Со всеми?

– Думаю, мы сумеем заинтересовать не более десяти процентов, – озабоченно сказала Эбби. – Росситер Хант, возможно, и пользуется некоторой популярностью в финансовой прессе, но остальным его имя ничего не скажет. Но после двух-трех интервью он пойдет нарасхват.

– Он что, такой интересный оратор?

– Да, этого у него не отнимешь. – Эбби вспомнила свой разговор с ним, и по ее телу пробежала легкая дрожь. – Вдобавок красив, как сероглазый Адонис, только раза в два мужественнее.

– Ух ты!

– А язычок у него острый как бритва.

– Такой мужчина требует серьезного отношения, – прокомментировала Каролина, направляясь к двери.

Эбби окликнула ее.

– И еще одно. Будь добра, позвони секретарше Ханта и назначь на завтра встречу. Если возникнут проблемы, скажи, что это «О.С.» – очень срочно.

– Слушаюсь, босс!

Оставшись одна, Эбби повернулась к компьютеру, но вместо того, чтобы включить его, задумчиво уставилась на пустой экран. Что бы она ни говорила о Росситере Ханте, он произвел на нее гораздо более сильное впечатление, чем любой другой мужчина. Во время их короткой встречи он словно бросал ее из горячей воды в холодную: ему удалось заинтриговать ее, возбудить, вывести из себя – и все это за каких-то полчаса. Самое худшее заключалось в том, что Эбби не сомневалась: так будет и дальше.