Сара едва заметно покачала головой, ее зеленые глаза светились неизменной любовью. Грэгу оставалось только пожать плечами.
– Нам надо уходить! – сказал он отрывисто и без дальнейших церемоний потащил Сару к выходу.
Машину вела Сара. Грэг развалился рядом: руки в карманах, взгляд устремлен на освещенную фонарями дорогу. После вечеринки он впал в обычную меланхолию.
О высокой мрачной фигуре Ника Родона Сара не вспоминала. Она начала беспокоиться, как только машина въехала в гараж. Пока она его запирала, Грэг отправился в дом. Переступив порог, Сара увидела, что Грэг разговаривает с кем-то по телефону, и пошла на кухню приготовить кофе.
Минутой позже в кухне появился насвистывающий Грэг. Сара повернулась к нему с немым вопросом в глазах.
– Ему лучше, уколы действуют.
– Слава Богу! – Обняв Грэга, она положила голову ему на плечо. – По правде говоря, тебе не стоило ходить на прием, Грэг. Лучше бы дома посидели.
– Я бы помешался, – ответил Грэг. Он достал из холодильника заранее приготовленный пучок сельдерея и с хрустом вонзил в него зубы.
Сара потянулась за чашками.
– А как она? – спросила Сара обычным тоном.
– Прекрасно! – в тон ей отозвался Грэг. – Пожалуй, душ приму, кофе потом выпью.
Он вышел. Сара, доварив кофе, отставила его с плиты и посмотрела в окно, выходящее в темный сад. Спокойное выражение лица Грэга, когда он уходил с кухни, не обмануло ее. Люси, конечно же, измучена, выжата до последней капли – это ранит Грэга особенно больно, ведь он не может, не смеет выдать свои переживания.
Порой Саре хотелось, чтобы Господь не допустил встречи Грэга с Робом и Люси, но она всякий раз корила себя за это. Грэг и она любили Люси с Робом. К Робу все без исключения питали такие чувства. Он был истинный агнец, добрейший из людей, о встрече с которым можно только мечтать. Роб был нещадно искалечен недугом, который прогрессировал, и жизнь его проходила между постелью и инвалидной коляской, при этом он умел рассмешить любого, кто оказывался рядом. Чувство юмора у него было доброе и деликатное. Мрачные же шутки Грэга иногда ранили Роба. И все же Сара ни разу не слышала от Роба худого слова о ком бы то ни было. Жена Роба, Люси, обожала мужа. В нем был смысл ее жизни. Во взгляде ее на мужа всегда светилась любовь.