Сара относилась к Грэгу как к брату и знала, что он питает к ней такие же чувства. Ее не волновало мнение внешнего мира. Они жили вместе уже двенадцать лет – с того дня, как отец Грэга женился на матери Сары. Под влиянием Грэга Сара поступила в художественную школу. Она была в неоплатном долгу перед сводным братом. Никто на свете не знал Грэга лучше, чем Сара, и не любил его так, как она.

Наблюдая за Грэгом в присутствии Люси, Сара иногда пыталась вообразить себе сцену признания Грэга в любви. Он тем временем по обыкновению улыбался Люси, шутил с нею и с Робом, держался непринужденно, по-дружески подбадривая обоих и ничем не выдавая своих чувств. Раза два, правда, Сара замечала, как Грэг не мог совладать с собой. Два года назад на Рождество Люси поцеловала его на вечеринке под венком из веток омелы, глаза ее поддразнивали Грэга. Он в ответ усмехнулся, но, когда отвернулся от Люси, Сара увидела, что в лице у Грэга ни кровинки, а выражение глаз такое, что сердце у Сары сжалось от боли.

Сама она никогда не влюблялась. Забавлялась иногда игрой в воображаемую любовь, но настоящей влюбленности не знала. Наблюдая же терзания Грэга, она часто радовалась, что с нею не приключилось подобное. Любовь к Люси властвовала над жизнью Грэга, хотя внешне никак не проявлялась. Сара знала, что в шкафу наверху хранится стопка рисунков, на которых изображена Люси. Рисунки эти не знали дневного света. Грэг показал Саре наброски портретов лишь один раз – в ту ночь, когда рассказал ей о любви к Люси. Рисунки были невероятно хороши: точные, прочувствованные сердцем. Увидев их, Сара расстроилась и испугалась. Она опасалась, как бы Грэг не уничтожил эскизы – это была бы настоящая трагедия, ведь они были лучшим, что создал Грэг. Он боялся, что Люси рано или поздно увидит рисунки и узнает его тайну. Этого Грэг не пережил бы.

Он принялся бы как безумный опровергать догадки Люси.