– А почему нет? Это же правда, не так ли?
– А когда правда имела какое-то значение?
– Звучит цинично.
– Реалистично.
– Возможно, тебе следует завести новых друзей.
– Возможно.
– В любом случае если я выбрала тебя, то возлагала на тебя надежды. – Она постаралась произнести это ровным голосом.
– Поистине ты не походишь ни на одну женщину, которую я когда-либо встречал.
Ее улыбка погасла, она сокрушенно вздохнула:
– Скорее всего, так и есть.
– А что бы ты сделала, если бы у меня была жена или подружка?
Она на мгновение призадумалась:
– Даже не знаю. Дала бы тебе пощечину, чтобы их убедить. Может, устроила скандал.
Он заморгал:
– Неужели?
– Вполне могла. Значит, нам обоим повезло, что тебя здесь никто не ждал.
Она шагнула к нему и умоляюще на него посмотрела, а от ее запаха у него закружилась голова.
– Так что ты решил? Поможешь мне? Подыграешь мне в роли влюбленного бойфренда? Или мне надо отсюда валить, мечтая об одном – никого из здешней компании никогда не встречать?
Глава 3
Слова ответа уже готовы были сорваться с языка Дана, но он остался безмолвен, едва взглянул на Зою. Он тщетно силился проигнорировать светившуюся в ее глазах надежду. Пусть она и не любительница откровенничать о своей личной жизни, как ему показалось сначала, но в ее истории концы с концами хорошо сходились, и все это очень походило на правду. Однако не могло быть и речи о том, чтобы принять ее сумасбродное предложение.
Даже если бы его отличало безоглядное донкихотство – что отнюдь не было ему свойственно, – последние пять лет, после того как он оказался на вершине этого долбаного списка перспективных женихов, пресса не спускала с него глаз: всех жутко интересовала его личная жизнь и не собирается ли он остепениться. А шесть месяцев назад Жасмин сорвала неплохой куш, опубликовав детальную историю их отношений. И теперь стоило ему переброситься парой слов с любой женщиной, об этом тут же сообщали броские заголовки в газетах. Так что ему вовсе не хотелось давать повод для новых сплетен.