Майк, конечно, такими качествами не обладал, да и вообще оказался вертопрахом.

Уставшая от неудач, Зоя попыталась завязать виртуальное знакомство и старалась забыть прошлые унизительные фиаско, но Майк упорно не выходил у нее из головы.

Перед тем как развести руками и объявить о их расставании, Майк назвал ее компьютерным трудоголиком, зануднее и скучнее перезревшего аппендикса, и вполне естественно, что, когда дела вроде бы пошли на лад, а потом все рухнуло, это причинило ей боль.

Хуже того, когда она передала его слова Лили, сестра осторожно заметила, что Майк в чем-то, самую малость, был прав, и ей следует почаще бывать в компании. После этого совета Зоя совсем пала духом.

Лили еще посетовала, что у нее нет хобби, чем вызвала лишь саркастический смех. Хобби? А где она возьмет время на хобби? Статистический анализ – вот ее хобби. Только слепой не увидит, как она увлечена своим делом.

Все же Майк был прав лишь на самую малость, и вполне с ним согласиться нельзя. Она напомнила себе, что поскольку в их компании уже есть одна сумасшедшая и креативная личность, хотя и не в ладах с цифрами, – сестра Лили, постольку ей надлежит демонстрировать высокий профессионализм. Утешив себя этой мыслью, она перестала заниматься самокопанием, выразительно пожала плечами и попыталась заняться работой.

Но, к ее досаде, решить это было легче, чем сделать. В последние недели она частенько ловила себя на размышлениях над словами Майка и Лили, анализировала свою жизнь под неожиданным углом зрения и с болью думала, что правы на самом деле сестра и ее бывший муж.

Первый час после пробуждения она всегда занималась делами своей фирмы. Если сначала это было жизненно необходимо, то потом все наладилось, пошло хорошо, и ее постоянное внимание не требовалось. Однако напряженная работа вошла в привычку, и она все больше походила на отшельницу. Майк то и дело пытался вытащить ее где-нибудь поужинать или сходить на вечеринку. Она для виду соглашалась, но потом под каким-нибудь предлогом отказывалась от любых вылазок, которые могли включать праздную болтовню. И теперь, оглядываясь назад, она понимала бросившего ее Майка.