Нет, поправила она себя, древнегреческого бога. Смертный не мог так хорошо выглядеть.

Он стоял во всей красоте наготы, источая мощь, властность и грубую, животную сексуальность. Несмотря на расслабленную позу, по всему было заметно, что он напрягся, словно хищник, готовый прыгнуть.

Во рту у Грейс пересохло, пока она рассматривала его мускулатуру, скользя взглядом вниз по мускулистой груди, по прессу к пупку, а затем к вожделенному для женщины месту – к его…

Что ж, никто не потрудился прикрыть то, что там было, фиговым листочком. Да и зачем – кто в здравом уме станет скрывать такую красоту? С таким достоинством никакие заместители на батарейках не пригодятся!

Облизнув губы, Грейс посмотрела на лицо мужчины и подумала о ветерке, который трепал его позолоченную солнцем шевелюру. Его пронзительно-голубые глаза, казалось, смотрели прямо на нее.

Неожиданно Грейс почувствовала какое-то движение в густом, горячем воздухе, как будто кто-то коснулся ее кожи. Она как будто слышала его низкий голос, чувствовала на себе его руки, гуляющие по самым укромным уголкам ее тела.

По спине Грейс побежали мурашки, внутри ее что-то запульсировало, там, где прежде никогда ничего не ощущалось.

Грейс искоса посмотрела на Селену: неужели и на нее бог с картинки подействовал так же? Но нет, подруга оставалась абсолютно спокойной.

Должно быть, у Грейс галлюцинации. Да, так и есть! Это специи к красным бобам дошли наконец до мозгов и превратили их в кисель.

– Ну, что скажешь? – Селена встретилась с ней взглядом.

Пытаясь унять предательский жар в теле, Грейс пожала плечами; при этом никак не могла оторвать взгляда от прекрасного тела на картинке.

– Этот персонаж похож на пациента, который вчера записался на прием.

Но если честно, все выглядело не совсем так: парень, что приходил к ней вчера, даже близко не походил на бога с картинки.