– Стой тихо! – Станчиков сгреб пятерней полы куртки и так крепко сжал их, что торговец по кличке Барон чуть не задохнулся. Левой рукой Станчиков обыскал карманы куртки.

Кроме денег и связки ключей, он ничего не нашел.

– Где товар?

– Нет товара!

– Врешь!

Станчиков сорвал с пояса парня сотовый телефон, посмотрел на него, затем аккуратно положил на асфальт и умело раздавил каблуком. Хрупкий аппарат хрустнул, как яйцо.

– Зачем? Не надо!

– Я же спросил у тебя, есть товар? А ты сказал нет. Врать нехорошо, – и, даже не замахиваясь, Станчиков заехал парню в челюсть. Но не сильно, а так, для острастки.

Тот ударился затылком о стену и тихо завыл.

– Пошли в машину. Если сам не пойдешь, еще раз ударю.

Парень послушно засеменил, придерживая разбитую голову рукой. Можно было попытаться убежать, но делать это следовало раньше, когда голова еще не гудела и не раскалывалась от боли, а ноги не подкашивались в коленях.

Возле машины наркоторговец попытался сопротивляться, но хватило пинка, чтобы он упал на пол между передним и задним сиденьями.

– Ноги подожми, а то дверью отрежет.

– Наручники ему надень, – посоветовал Коготь.

– Он и так никуда не денется, но совет хороший, – Станчиков защелкнул наручники на запястьях парня, заведя руки Барона за спину, и дернул цепочку, чтобы браслеты посильнее впились в тело. У Барона оставалась слабая надежда, что его замели менты. Его хозяева имели хорошие подвязки и могли выкупить своего человека.

«Кармен сдала, – подумал наркоторговец, – ее, наверное, только что взяли, и девка выдала».

Рот ему никто не заклеивал, Станчиков лишь повернул ногой голову Барона и поставил рифленый башмак на его шею. Кричать тот не рисковал, даже когда машина останавливалась на светофорах.

«Везут долго, – с сомнением подумал парень, – в участок было бы ближе. Кто же они?»