— Естественно, — ответил Арчи.

— Он схватил меня. Я никому не позволяю такого обращения.

— Я был вынужден так поступить, — отозвался Дэвид, с облегчением водружая очки на нос. — Вы как-никак член моей команды.

— Член вашей команды? — гневно воскликнула Джиджи и спрыгнула со стола. Все, хватит с нее!

— Вы с Дэвидом составите новую творческую бригаду по рекламе «Индиго Сиз», — сказал Арчи. — Неужели он ничего тебе не сказал?

— Дэвид — наш лучший художник, — буркнул Байрон и добавил: — После меня.

— Он не сказал об этом ни слова! — зло бросила Джиджи. — Он задавал мне вопросы, на которые незнакомым людям не отвечают!

— Иногда юный Дэвид Мелвилл бывает не прав, — добродушно согласился Арчи.

— Я пошел за пиджаком, встретимся в вестибюле, — сказал Дэвид и вышел из кабинета.

Когда оживленная компания была уже у дверей, в приемную вошла какая-то женщина.

— Что здесь происходит? — спросила она.

— Виктория! Мы ждали тебя только завтра! — воскликнул Арчи. — Джиджи, в аббревиатуре «ФРБ» это буква Ф. Виктория Фрост. Джиджи Орсини.

— Чем вызван этот массовый исход? — спросила Арчи Виктория Фрост, не удостоив Джиджи взглядом.

— Ленчем в «Куполе»! — возбужденно ответил Рурк. — Пойдем с нами. У нас праздник.

Улыбка Джиджи тут же увяла. Там, откуда она пришла, во время знакомства люди здоровались, пожимали друг другу руки и смотрели в глаза. Даже улыбались. Точнее, улыбались всегда, потому что даже у тех, кто приветствует друг друга на поминальной службе, инстинктивно приподнимаются уголки рта. Хотя бы чуть-чуть. Однако безукоризненно правильное лицо Виктории Фрост осталось бесстрастным, если не считать удивленно приподнятых бровей.

— В самом деле? И что же мы празднуем? — холодно спросила она, наконец-то удостоив Джиджи короткого оценивающего и явно неодобрительного взгляда.